Е.М. Бердичевская, Н.В. Зайцева «Специфика функциональных моторных асимметрий в раннем онтогенезе» (С.4-16)

Бердичевская Е.М., Зайцева Н.В.

CПЕЦИФИКА ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ МОТОРНЫХ АСИММЕТРИЙ В РАННЕМ ОНТОГЕНЕЗЕ

ФГОУ ВПО «Кубанский государственный университет физической культуры, спорта и туризма», Краснодар, Россия

Проведено определение уровня развития двигательных функций, особенностей функциональных моторных асимметрий и динамики в процессе лечения детей, больных церебральным параличом. Обследовано 445 детей в возрасте от 4 до 7 лет, среди которых 95 с наиболее распространёнными формами детского церебрального паралича (спастической диплегией и гемипарезом) и 350 практически здоровых сверстников. Показано при исследовании функциональных асимметрий моторики тотальное отставание в формировании морфофункциональных показателей центральной нервной системы и нервно- мышечного аппарата у детей, больных детским церебральным параличом, по сравнению со здоровыми сверстниками. Характер двигательных нарушений и величина моторных асимметрий отражают специфику локализации патологического процесса в головном мозге в зависимости от формы детского церебрального паралича. Реабилитация в специализированном санатории при спастической диплегии и правостороннемгемипарезе сопровождается компенсаторным увеличением функциональной активности левой гемисферы. Ключевые слова: Ранний онтогенез, детский церебральный паралич, функциональная асимметрия.

Введение

Проблема объективизации уровня развития двигательных функций в раннем онтогенезе, специфики функциональных моторных асимметрий, динамики в процессе лечения детей, больных церебральным параличом, актуальна в настоящее время. В последние годы в мире и в России наблюдается существенный рост количества больных детским церебральным параличом (ДЦП), при котором нарушаются функции верхних и нижних конечностей [12,17,18]. Диагностика двигательных нарушений при ДЦП осуществляется преимущественно клиническими методами [8,11,13,15,19]. Большинство физиологических стандартов для детей с ДЦП относится к моторике рук [1,5]. Инструментальные исследования моторики, особенно ног, единичны. В то же время функциональные двигательные резервы ног, зрелость их координационных механизмов определяют становление основных естественных локомоций и антигравитационных поз здорового и больного ребенка. Современные подходы к тестированию моторики верхних и нижних конечностей, к интерпретации результатов предусматривают применение различных физиологических, в том числе инструментальных, методов для получения объективных критериев формы и степени поражения, прогнозирования и учета эффективности реабилитации.

Целью исследования явилось выявление особенностей двигательных нарушений верхних, нижних конечностей и анализ степени сохранности мануальных и педальных двигательных асимметрий при различных формах ДЦП в сравнении со здоровыми детьми, а также оценка динамики функциональных показателей в процессе лечения больных ДЦП для понимания патофизиологических механизмов и, соответственно, возможных путей их восстановления.

Материалы и методы

Обследовано 445 детей в возрасте от 4 до 7 лет. Среди них: 95 больных с наиболее распространёнными формами ДЦП I – II степени тяжести: спастической диплегией (40), правосторонним (30) и левосторонним гемипарезом (25), проходивших в течение 3,5 месяцев комплексное лечение в Краснодарском краевом специализированном психоневрологическом санатории «Солнышко», и 350 практически здоровых сверстников, посещавших детские образовательные учреждения. Исследование больных детей проводили в два этапа: в первые 2 – 3 недели пребывания в санатории и за две недели до окончания лечения.

Комплексное лечение детей с ДЦП в психоневрологическом санатории было индивидуальным и зависело от возраста, формы и степени тяжести заболевания. Оно включало медикаментозное лечение, ортопедический режим, поэтапное гипсование, иглорефлексотерапию, физиотерапевтическое лечение, массаж (классический лечебный, сегментарный, точечный, седативный и тонизирующий), логопедические и групповые физкультурные занятия. Особое внимание уделялось индивидуальным занятиям лечебной физической культурой с помощью квалифицированного инструктора в специальном рефлекторно- нагрузочном устройстве «Гравистат» («космический костюм»), разработанном в 1997 году конструкторами Научно-производственного центра “Огонек” в Москве для реабилитации больных ДЦП. Конструкция “Гравистата” позволяла рассчитывать и перераспределять нагрузку, направленную вдоль длинной оси тела. Костюм “Гравистат” был специально разработан для реализации метода динамической проприоцептивной коррекции, обоснованного в трудах профессора К.А. Семеновой [8]. Помимо функциональной коррекции патологической позы, в процессе занятий в устройстве происходило стойкое подавление тонических и развитие установочных рефлексов, что необходимо для двигательного развития ребенка.

Силу кисти правой и левой рук определяли детскими кистевыми динамометрами, имевшими шкалы 10 и 25 кг. Статическую выносливость рук оценивали в положении стоя по максимальному времени удержания верхних конечностей впереди под прямым углом к туловищу. Латентное время двигательной реакции (ЛВДР) рук и ног на свет и звук регистрировали в мс с помощью универсального миорефлексометра. Показатель теппинг-теста определяли по максимальному количеству точек, поставленных ребёнком на листе бумаги (10х10 мм) за 10 с. Для оценки уровня организации полушарных связей использовали унилатеральные двигательные тесты: экстензию кистей и стоп, супинацию-пронацию кистей, отведение-приведение стоп [8]. Регистрировали время выполнения 10 движений. Экстензию и супинацию- пронацию кистей проводили в положении «сидя на стуле, руки согнуты в локтевых суставах под прямым углом, предплечья и кисти на столе в пронационной позиции». Экстензию и отведение-приведение стоп выполняли в положении «сидя на стуле, стопы на ширине плеч, колени не двигаются». Для исследования «ручной ловкости» использовали тест Пурдье [2]. Фиксировали время переставления 30 фишек на доске, разделённой пополам, в противоположные ячейки каждой рукой отдельно.

Экспериментальные данные и расчетные величины обрабатывали методами параметрической вариационной статистики с помощью статистической компьютерной программы. Рассчитывали среднюю арифметическую (М), её стандартное отклонение (±σ), достоверность различий (p).

Результаты и их обсуждение

Для больных ДЦП, независимо от формы заболевания, программной и координационной сложности двигательного акта, характерен низкий уровень развития двигательных возможностей правой и левой руки по сравнению со здоровыми сверстниками (p<0,05). Характер двигательных нарушений отражал специфику локализации патологического процесса в центральной нервной системе в зависимости от формы ДЦП.

Детям, больным спастической диплегией, на фоне преимущественного нарушения двигательных регуляций нижних конечностей, свойственно симметричное снижение двигательных резервов правой и левой руки (рис.1).

Рис.1. Характеристика двигательных мануальных резервов больных ДЦП по сравнению со здоровыми детьми. 1 – сила, 2 – статическая выносливость рук, 3 – ЛВДР на свет и 4 – на звук, 5 – максимальная частота движений, 6 – экстензия и 7 – супинация-пронация кистей, 8 – «ручная ловкость»; * – р<0,05 – между показателями для правой и левой руки

Степень ограничения двигательных возможностей определялась спецификой моторного акта и его координационной сложностью. Задержка развития силовых и скоростных провлений моторики была выражена в меньшей степени, чем сложно координационных. Так, ЛВДР на свет для правой и левой руки по сравнению со здоровыми детьми удлинялось на 37 и 40%, в меньшей степени – на звук (30 и 27%). Максимальную трудность для детей со спастической диплегией представлял тест на «ручную ловкость», требующий сочетанной регуляции скоростных, силовых и точностно-пространственных характеристик двигательного акта, в том числе мелкой моторики пальцев рук. Он выполнялся правой и левой рукой на 71 и 79% медленнее, чем здоровыми детьми (р<0,05). Снижение силовых характеристик в равной степени проявлялось на обеих руках.

Для детей с гемипаретической формой ДЦП характерны асимметричные нарушения двигательных функций рук. Максимальные дефекты моторики проявлялись на стороне, контралатеральной очагу церебральной деструкции. Для «больной» руки они зависели от координационной сложности движений, достигая максимума в тестах с экстензией, супинацией-пронацией кистей и «ручной ловкости». Так, при правостороннем гемипарезе ЛВДР на свет и звук для правой руки ухудшалось на 31 и 31%, теппинг-показатель – на 36%, тогда как время экстензии, супинации-пронации кистей и «ручной ловкости» – на 94, 124 и 100%. Больные левосторонним гемипарезом отставали от здоровых сверстников по уровню развития двигательных возможностей левой руки на 44, 40, 26, 97, 80 и 88%, соответственно. Уровень проявления силовых характеристик моторики «больной» руки при правом и левом гемипарезе был снижен, соответственно, на 82 и 54% для абсолютной силы кисти и на 35 и 43% для статической выносливости (р<0,05).

Снижение двигательных возможностей распространялось и на «менее повреждённую» руку. Так, у детей с правосторонним гемипарезом ЛВДР на свет и звук для левой руки удлинялось на 23 и 15%, время выполнения экстензий, супинаций-пронаций кисти и теста «ручной ловкости» – на 21, 12 и 24%. Отличия от здоровых детей отсутствовали только в теппинг-тесте. Для правой руки при левостороннем гемипарезе было характерно увеличение ЛВДР на свет и звук на 28 и 26%, замедление экстензий, супинаций-пронаций кисти и «ручной ловкости» на 29, 25 и 23%. Теппинг- показатель был снижен на 16%. Таким образом, степень снижения двигательных резервов «менее повреждённой» руки при гемипаретической форме ДЦП не зависела от характера и координационной сложности двигательного акта. Уровень проявления силовых характеристик моторики «менее пораженной» руки при правом и левом гемипарезе снижался на 36 и 16% для абсолютной силы кисти и на 12 и 29% для статической выносливости (р<0,05) (рис.1).

Существенное влияние на развитие мануальной моторики при гемипарезе оказывала сторона локализации патологического очага. Так, при повреждении левого полушария скоростные показатели (ЛВДР на свет и звук) «больной» руки страдали в меньшей степени, чем при повреждении правого, а сложно координационные (супинация-пронация кисти и «ручная ловкость») и силовые (абсолютная кистевая сила) – значительно больше.

Анализ степени сохранности мануальных двигательных асимметрий показал, что у детей со спастической диплегией и левосторонним гемипарезом сохранялся популяционный феномен доминирования правой руки в абсолютном большинстве двигательных тестов (рис.2).

Правосторонний гемипарез сопровождался изменением «знака» асимметрии на противоположный – при выполнении всех тестов доминировала левая рука. Минимальная степень асимметрии, как и у здоровых детей, была свойственна ЛВДР – координационно самому простому из предложенных тестов.

Степень асимметрии зависела от формы ДЦП и специфики двигательного теста. При спастической диплегии, несмотря на существенное фоновое снижение двигательных резервов обеих рук, в большинстве тестов величина асимметрии сохранялась на уровне, присущем здоровым детям, за исключением статической выносливости, при которой асимметрия уменьшалась в 2,2 раза по сравнению со здоровыми сверстниками (p<0,05). При гемипаретической форме ДЦП функциональные моторные асимметрии значительно возрастали в связи с выраженным снижением двигательных возможностей «больной» руки и относительной сохранностью, а в ряде случаев и компенсаторным преимуществом – «менее повреждённой». Асимметрия достигала максимума в показателях динамометрии. При поражении левого полушария в наибольшей степени возрастала асимметрия по силе, максимальной частоте движений в теппинг-тесте и супинации-пронации кистей, правого – по статической выносливости, ЛВДР на свет и звук, времени экстензий кистей и «ручной ловкости» (рис.2).

Рис.2. Двигательная мануальная асимметрия у больных спастической диплегией (I), правосторонним (II), левосторонним гемипарезами (III) и здоровых детей (IV). Знак «-» – доминирует левая нога;* – p<0,05 – между показателями для правой и левой руки

Для больных детей, независимо от формы ДЦП, характерно снижение двигательных резервов обеих ног по сравнению со здоровыми сверстниками (р<0,05 для всех тестов).

Комплексное тестирование скоростных и сложно координационных проявлений моторики позволило выявить специфику двигательных дефектов, присущих больным с различными формами ДЦП. Спастическая диплегия сопровождалась симметричным нарушением двигательной регуляции обеих ног (рис.3). Степень двигательного дефекта соответствовала снижению резервов «больной» ноги при гемипаретической форме ДЦП. Степень ограничения двигательных возможностей ног, также как и рук, определялась координационной сложностью моторного акта. Задержка развития простых скоростных качеств была значительно меньше, чем сложно координационных. Так, ЛВДР на свет для правой и левой ноги по сравнению со здоровыми сверстниками удлинялось на 23 и 25%, в меньшей степени – на звук (16 и 19%) (0,05<р<0,10). Время выполнения экстензий и отведения-приведения правой стопы увеличивалось на 87 и 38%, левой – на 94 и 34% (0,05<р<0,10), причем с заданиями не справились для правой ноги 33 и 44% детей, левой – 30 и 44%, соответственно.

Наиболее ярким симптомом гемипареза являлась моторная асимметрия ног, формирование которой было следствием резкого снижения двигательных резервов на «больной» стороне. Показатели для «менее повреждённой» конечности также отставали по сравнению с контрольными нормативами, разработанными нами для здоровых детей. Степень снижения двигательных возможностей обеих ног зависела от характера и координационной сложности моторного акта, в отличие от моторики верхних конечностей, где аналогичная зависимость была справедлива только для «больной» руки. Так, при правостороннем гемипарезе ЛВДР на свет и звук для «больной» правой ноги замедлялось только на 23 и 14%, тогда как время экстензии, отведения- приведения стоп – на 115 и 92%; для «менее поврежденной» левой ноги – на 12, 7, 29 и 35%, при левостороннем гемипарезе для «больной» левой ноги – на 24, 18, 98 и 55%, для «менее поврежденной» правой – на 13, 9, 40 и 35% (р<0,05) (рис.3).

Рис.3. Характеристика двигательных резервов нижних конечностей больных ДЦП по сравнению со здоровыми детьми. 1 – ЛВДР на свет и 2 – звук, 3 – экстензия и 4 – отведение-приведение стоп; * – р<0,05; ** – 0,05<р<0,10 – между показателями правой и левой ноги

Задания с экстензией и отведением-приведением стоп оказались чрезмерно сложными для еще большего количества детей с гемипаретической формой ДЦП, чем при спастической диплегии. Асимметрия моторики достигала такой степени, что в 83 и 79% случаев (при правостороннем варианте) и в 44 и 50% (при левостороннем) дети не смогли выполнить тесты «больной» ногой.

Анализ право-левых различий унилатеральной моторики нижних конечностей у больных ДЦП выявил особенности при различных формах данного заболевания (рис.4).

Рис.4. Двигательная асимметрия ног у больных спастической диплегией (I), правосторонним (II), левосторонним (III) гемипарезами и здоровых детей (IV). Знак «-» – доминирует левая нога; * – p<0,05, ** – 0,05<р<0,10 – между правой и левой ногой

При спастической диплегии во всех тестах была отмечена тенденция к более быстрой и координированной работе правой ноги (0,05<р<0,10). О тяжести поражения мозга при гемипаретической форме можно было судить по степени замедления ЛВДР на свет и звук, экстензии, отведения-приведения стоп на «больной» конечности по сравнению с «менее повреждённой»: при правостороннем гемипарезе – на 9, 6, 39 и 25%; левостороннем – на 8, 8, 30 и 19%, соответственно (р<0,05). Обращает внимание, что в простых скоростных тестах различия между «больной» и «менее повреждённой» конечностью были значительно меньше, чем в сложно координационных. У здоровых детей право-левых различия нижних конечностей не определялись (рис. 4).

Апробированные в работе критерии моторики позволили дифференцированно проанализировать эффективность лечения. С их помощью объективизирована положительная динамика всех двигательных функций (р<0,05).

Комплекс тестов различной программной и координационной сложности для верхних и нижних конечностей выявил специфику реабилитационной картины в зависимости от формы ДЦП. У детей, больных спастической диплегией, отмечен симметричный прогресс всех показателей моторики. При гемипарезе выявлена асимметричность компенсаторных реакций: значительные позитивные сдвиги на «больной» стороне. При всех формах ДЦП наибольшая динамика отмечена при проведении силовых и сложно координационных тестов, наименьшая – простых скоростных. Наиболее эффективным в отношении большинства двигательных функций оказалось лечение левостороннего гемипареза. Последнее соответствует электроэнцефалографическим коррелятам лечения двигательных расстройств методом динамической проприоцептивной коррекции [10].

Подводя итоги исследования функциональных асимметрий моторики у детей 4-7 лет, больных ДЦП, следует отметить, что для них характерно тотальное отставание в формировании функциональных показателей центральной нервной сиcтемы и нервно-мышечного аппарата по сравнению со здоровыми сверстниками. Это связано, прежде всего, с нарушением функции коры больших полушарий и её моторных полей, а также с дегенеративными изменениями в периферическом звене рефлекторной дуги – нервно-мышечном аппарате, дисбалансе в чередовании процессов возбуждения и торможения. Последнее подтверждают электрофизиологические, морфологические и биохимические исследования [7,9,12,16]. На данном негативном фоне проявляется зависимость функциональных асимметрий от координационной сложности двигательных тестов: чем сложнее задание, тем больше степень патологической асимметрии. У здоровых детей такая закономерность отсутствует.

Локальное одностороннее поражение полушарий головного мозга приводит к нарушению баланса межполушарных взаимоотношений, их компенсаторным трансформациям и находит отражение в специфических изменениях мануальной асимметрии. Нарушение центральных механизмов организации движений в первую очередь сказывается на асимметрии рук в достижении максимальных усилий, требующих ювелирной внутри- и межмышечной координации. Асимметрия еще более нарастает при реализации более сложного в координационном отношении скоростного движения – супинации-пронации кистей, особенно при поражении левого полушария. Тест на «ручную ловкость» требует точности и быстроты выполнения заданий и представляет значительную сложность для анализаторных, центральных интегративных и программирующих систем, а также периферии (нервно-мышечного аппарата) детей в раннем онтогенеза, особенно больных ДЦП, отражая уровень развития 2 ступени ловкости. Большое значение имеет степень формирования пространственного и зрительного восприятия, схемы тела, зрительно-моторной координации. Поэтому сдвиги межполушарного баланса достигают в данном тесте максимальной величины, особенно при поражении правого полушария.

Существенное влияние на уровень развития моторики правой и левой ноги оказывает сторона локализация патологического очага. Поражение левой гемисферы вызывает особенно значительное снижение сложно координационных резервов и наиболее частую невозможность выполнения задания «больной» ногой. Одним из проявлений ДЦП является появление патологических асимметрий моторики ног в простых скоростных и, особенно, в сложно координационных движениях. Величина асимметрий определяется формой ДЦП. Физиологические механизмы снижения двигательных резервов и развития патологических асимметрий представляются следующим образом. Чем сильнее спастичность мышц, тем меньше взаимоторможение ипсилатеральных сухожильных рефлексов. Дефицит внутрицентрального торможения приводит либо к непосредственному повышению возбудимости альфа-мотонейронов (в случае постсинаптического торможения), либо к избыточному притоку афферентных импульсов к ним, т.к. пресинаптическое торможение контролирует величину афферентного притока к мотонейронам. Нарушение внутрицентрального торможения не затрагивает ритмическую деятельность автономного интраспинального механизма шагательных движений [6,14,20]. Однако медленное выполнение моторного акта любой конечностью отражает снижение подвижности нервных процессов, скорости и эффективности анализа и синтеза проприоцептивной информации, кожного чувства, дефекты самооценки «схемы тела». Последствиями данных изменений и являются нарушения сложно координационных ритмических заданий для рук и ног. Дисбаланс субординационных взаимосвязей между кортикальными, субкортикальными, мозжечковыми и спинальными центрами, ответственными за координацию мышц при быстрой смене фаз сокращения и расслабления, приводит к несовершенству внутри- и межмышечной координации [3].

Реабилитация в специализированном санатории при спастической диплегии и правостороннем гемипарезе сопровождается компенсаторным увеличением функциональной активности левой гемисферы. Это соответствует естественному прогрессу доминирования в онтогенезе левого полушария у здоровых детей и отражает реорганизацию взаимодействия структур мозга, которая в значительной степени может обеспечить восстановление его частных и интегративных функций [4]. В свою очередь выраженные перестройки в интегративной деятельности мозга, независимо от формы ДЦП, характеризуются количественными и качественными изменениями двигательных регуляций, которые возникают, видимо, в результате тенденции к нормализации прежних и образованию новых функциональных связей. Они реализуются путём расширения заблокированных в условиях патологии паттернов регуляции движений или их частичной стабилизации.

Выводы

На основании выше изложенного можно сделать вывод, что функциональные характеристики двигательных возможностей верхних и нижних конечностей, апробированные в работе, обеспечивают дифференцированный подход к оценке уровня развития произвольной моторики и степени выраженности двигательных асимметрий в раннем онтогенезе у здоровых детей и в зависимости от формы ДЦП, стороны и тяжести неврологического дефекта, поэтому могут быть рекомендованы к применению в системе медико-биолого- педагогического контроля. Они являются объективными критериями темпов развития центральной нервной системы здорового ребенка и отражением адаптивно-компенсаторных трансформаций при неврологической патологии.

Литература:

1. Бердичевская Е.М., Зайцева Н.В., Породенко О.Н. Комплексный подход к функциональной оценке уровня развития двигательных функций в раннем онтогенезе в норме и при детском церебральном параличе // Физическая культура, спорт – наука и практика. – 2004. – №1-4. – С. 57-64.

2. Гуревич К.М. Психологическая диагностика: Проблемы и исследования. – М.: Педагогика. – 1981. – 232 с.

3. Кураев Г.А., Сороколетова Л.Г. Компенсация нарушений функций в нервной системе. – Ростов-на-Дону. –1996. – 108 с.

4. Кураев Г.А., Соболева Л.Г., Сороколетова Л.Г. Формирование функциональной межполушарной асимметрии мозга в динамике обучения // Функциональная межполушарная асимметрия. Хрестоматия. Под. ред. Н.Н. Боголепова, В.Ф. Фокина. – М.: Научный мир. – 2004. – С. 125- 162.

5. Малука М.В. Коррекция функционального состояния детей, больных ДЦП, методами физической культуры // Материалы Международного конгресса «Здоровье, обучение, воспитание детей и молодежи в XXI веке». – М.: Изд-во «НЦЗД РМН». – 2004. – ч. II. – С. 239-241.

6. Перхурова И.С., Лузинович В.М., Сологубов Е.Г. Регуляция позы и ходьбы при детском церебральном параличе и некоторые способы коррекции. – М.: Книжная палата. – 1996. – 248 с.

7. Преображенская И.Г., Шелякин А.М., Богданов О.В. Электроэнцефалографический анализ функциональной межполушарной асимметрии у детей с детским церебральным параличом // Журнал экологии человека. – 1994. – Т. 1. – №1. – С. 41-46.

8. Семёнова К.А. Восстановительное лечение больных с резидуальной стадией детского церебрального паралича. – М.: Антидор. – 1999. – 384 с.

9. Шамарин Т.Г., Белова Г.И. Возможности восстановительного лечения детских церебральных параличей. – Элиста: Джангар. – 1999. – 168 с.

10. Шейнкман О.Г. Особенности функционального состояния мозга недоношенных детей грудного и раннего возраста с перинатальной энцефалопатией и детским церебральным параличом // Журнал неврологии и психиатрии. – 2003. – №6. – С. 37-42.

11. Шипицына Л.М., Мамайчук И.И. Детский церебральный паралич. – СПб.: Дидактика Плюс. – 2001. – 272 с.

12. Шпрах В.В., Лаврик С.Ю., Стародубцев А.В., Домитрак С.В. Клинико- нейрофизиологические и нейропсихофизиологические аспекты спастических форм детского церебрального паралича у детей дошкольного и раннего школьного возраста // Журнал неврологии и психиатрии. – 2007. – № 10. – С 13-17.

13. Arnould C., Penta M., Thonnard J.L. Hand impairments and their relationship with manual ability in children with cerebral palsy // Journal of Rehabilitation Medicine. – 2007. – V.39. – №9. – P. 708-714.

14. Boles D.B., Barth J.M., Merrill E.C. Asymmetry and performance: Toward a neurodevelopmental theory // Brain and Cognition. – 2008. – V.66. – №2. – P.124-139.

15. Dellatolas G, Filho GN, Souza L, Nunes LG, Braga LW. Manual skill, hand skill asymmetry, and neuropsychological test performance in schoolchildren with spastic cerebral palsy // Laterality. – 2005. –V.10. –№2. – Р. 161-182.

16. Erkin G., Delialioglu S.U., Ozel S., Culha C., Sirzai H. Risk factors and clinical profiles in Turkish children with cerebral palsy: analysis of 625 cases // International Journal of Rehabilitation Research. – 2008. – V. 31. – №1. – Р. 89-91.

17. Fenichel G. Clinical Pediatric Neurology: A Signs and Symptoms Approach, 5th Edition. – Philadelphia: Saunders. – 2005. – 432 р.

18. Miller F. Cerebral palsy. – Berlin: Springer. – 2005. –1055 р.

19. O’Shea M. Cerebral palsy // Seminars in Perinatology. – 2008. – V.32. – №1. – Р. 35-41.

20. Vry J., Linder-Lucht M., Berweck S., Bonati U., Hodapp M., Uhl M., Faist M., Mall V. Altered cortical inhibitory function in children with spastic diplegia: a TMS study // Experimental Brain Research. – 2008. – V.186. – №4. – P. 611-618.

Информация об авторах:

Бердичевская Елена Маевна, заведующая кафедрой физиологии ФГОУ ВПО «Кубанский государственный университет физической культуры, спорта и туризма», профессор, доктор медицинских наук, Краснодар, Россия.

Зайцева Надежда Владимировна, старший преподаватель кафедры физической культуры, лечебной физической культуры и врачебного контроля ГОУ ВПО «Кубанский государственный медицинский университет» Росздрава, кандидат биологических наук, Краснодар, Россия.

E-mail: zacev77@yahoo.com

Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.

Дизайн: Polepin