Дж. С. Саркисян, С.Г. Саркисян, И.Б. Меликсетян, С.М. Минасян, В.А. Чавушян «Морфо-физиолоическое изучение проекции параветрикулярного и супраотического ядер гиполамуса к верхнему вестибулярному ядру в норме и в условиях одностронней лабиринтэктомии» (С.24-37)

Дж.С. Саркисян 1, С.Г. Саркисян 2, И.Б. Меликсетян3, С.М. Минасян2, В.А.Чавушян1

МОРФО-ФИЗИОЛОГИЧЕСКОЕ ИЗУЧЕНИЕ ПРОЕКЦИИ ПАРАВЕНТРИКУЛЯРНОГО И СУПРАОПТИЧЕСКОГО ЯДЕР ГИПОТАЛАМУСА К ВЕРХНЕМУ ВЕСТИБУЛЯРНОМУ ЯДРУ В НОРМЕ И В УСЛОВИЯХ ОДНОСТОРОННЕЙ ЛАБИРИНТЭКТОМИИ

1 Лаборатория физиологии компенсации функций ЦНС, Институт физиологии им. Л.А. Орбели НАН РА, Ереван, Армения

2 Кафедра физиологии человека и животных, Ереванский государственный университет, Ереван, Армения

3 Лаборатория гистохимии и нейроморфологии, Институт физиологии им. Л.А. Орбели НАН РА, Ереван, Армения

На крысах Альбино отводили спайковую активность нейронов верхнего вестибулярного ядра (SVN) на двустороннюю стимуляцию (100 Гц, 1сек) паравентрикулярного (PVN) и супраоптического (SON) ядер гипоталамуса в норме и спустя 17 дней после односторонней лабиринтэктомии (ОЛ). Анализ и регистрацию импульсной активности производили посредством on-line программного обеспечения на основе ряда гистограмм: временных перистимульных, кумулятивных (числа спайков), частоты и таковых усредненных. В норме регистрировали тетаническую (ТП), посттетаническую потенциацию и депрессию (ПТД) с четкой воспроизводимостью в 5-10 испытаниях. При этом, на стимуляцию PVN и SON доминировала ТП. После ОЛ при стимуляции тех же ядер на интактной стороне реакции характеризовались многообразием и динамичностью с преобладанием ТП; на деафферентированной стороне преобладала ПТД, скудость компонентов и воспроизводимости постстимульных проявлений. В гистохимическом изучении методом выявления активности Са2+-зависимой кислой фосфатазы после ОЛ показаны нейрофибриллярные изменения, центральный хроматолиз, местами вплоть до выпадения реакции.

Ключевые слова: верхнее вестубулярное, паравентрикулярное и супраоптическое ядра; гипоталамус; односторонняя лабиринтэктомия; одиночная нейрональная активность; гистохимический анализ.

Введение. Интенсивно изучаются нейрохимические молекулярные механизмы нервной и синаптической пластичности в вестибулярных ядрах, вовлекаемые в процесс компенсации и поведенческого восстановления после односторонней лабиринтэктомии (ОЛ). Выявлено, что с развитием компенсации снижается отсутствие баланса в уровнях высвобождения различных аминокислот (аспартат, глютамат, глютамин, глицин, таурин, аланин), за исключением глутамина [21]. Показано модуляторное действие гистаминэргической системы на нейропередачу в вестибулярных ядрах, связанное с высвобождением в них глицина и ГАМК [5]. Неделю спустя после ОЛ описаны изменения в уровнях специфических протеинов, свидетельствующие о сверхрегуляции («апрегуляции») митохондриальной функции, синтеза АТФ и фосфатного метаболизма [12]. Впервые после ОЛ показана «апрегуляция» препроэнкефалин (РРЕ)-подобной иммунореактивности, вызванная Fos, что облегчает двустороннее восстановление баланса через активацию опиоидного рецептора [11]. В вестибулярной компенсации продолжает оставаться неизвестной функциональная роль глиальной реакции, в частности, активации астроцитов [6]. Далее, в условиях ОЛ описана экспрессия генов в GAD-, GAT- и GABA-рецепторных подразделениях, которые вероятно аффектируют процесс поведенческого восстановления [10]. Наконец, важную роль в компенсации статических симптомов после ОЛ играет экспрессия субъединицы R1 НМДА [20].

С другой стороны, наряду с лучше изученными внутригипоталамическими связями супраоптического (SON) [7] и паравентрикулярного (PVN) [9] ядер, признанных в качестве гипоталамических нейроэндокринных центров, литературные данные в отношении их биохимически гетерогенных нисходящих проекций немногочисленны [17, 19]. В частности, Савченко и вансон [17] пришли к трем важным выводам: 1. длинные нисходящие проекции от PVN биохимически гетерогенны (содержат окситоцин, вазопрессин, соматостатин, энкефалин или тирозин-гидроксилазу [19]); 2. Из парвоцеллюлярного отдела PVN большое число нейронов, содержащих окситоцин и вазопрессин, проецируется к спинному мозгу; 3. 25% идентифицированных клеток PVN участвует в формировании длинных нисходящих путей.

В настоящем исследовании представлены результаты электрофизиологического изучения двусторонних гипоталамо- спинальных связей, происходящих от ипси- и контралатеральных PVN и SON к верхнему вестибулярному ядру (SVN) в норме и спустя 17 дней после односторонней лабиринтэктомии. Дана гистохимическая характеристика нейронов SVN в норме и описаны нейроглиальные сдвиги, сопровождающие ОЛ спустя 17 дней.

Материалы и методы. На крысах линии Альбино исследованы гипоталамо-вестибулярные связи техникой билатерального отведения спайковой активности одиночных нейронов SVN на двустороннюю высокочастотную (прямоугольными толчками тока длительностью 0.05 мс, амплитудой 0.12-0.18 мВ и частотой 50 и 100 Гц на протяжении 1 сек) стимуляцию PVN и SON в норме и 17 дней после правосторонней ОЛ электрокоагуляцией постоянным током 8.0-8.5 мА в течение 2 минут (по методу А.В. Мокроусовой)[2]. В остром эксперименте крысу обездвиживали 1% дитилином (25 мг/кг, в/б), фиксировали в стереотаксическом аппарате и переводили на искусственное дыхание. Стереотаксически ориентированный стеклянный микроэлектрод с кончиком 1-2 мкм, заполненный 2М NaCl, вводили в SVN для регистрации одиночной импульсной активности нейронов, вызванной на частотное раздражение PVN и SON с ипси-(i) и контралатеральной (c) стороны. Отводящий и раздражающий электроды вводили согласно следующим стереотаксическим координатам по атласу Паксиноса и Вотсона [13]: SON (AP-1.3, L±1.8, DV+9.4 мм); PVN (AP-1.8, L±0.6, DV+7.6 мм) и SVN (AP-11.5, L±2.5, DV+6.4 мм). Электрофизиологическую регистрацию производили on-line программным обеспечением селекции и одновременного многоуровневого статистического анализа импульсного потока нейрональной активности до и после раздражения на основе перистимульных временных гистограмм – PETH (peri-event time histogram) с получением развернутой картины распределения спайков в реальном времени, кумулятивной гистограммы числа спайков с разностной кривой (difference – Df) и гистограммы частоты в Гц с вычислением средней частоты спайков (M±SD). Анализ обеспечивал также построение комплексных усредненных и суммированных гистограмм РЕТН, кумулятивных и частотных, а также растровых гистограмм спайкинга сразу от множества нейронов.

Для гистохимического исследования соответствующие участки мозга крыс, подверженных интоксикационным и лечебным воздействиям, фиксировали 1-2 дня в 5% нейтральном формалине, приготовленном на фосфатным буфере. Фронтальные замороженные срезы SVN (40-50 μМ) обрабатывали согласно новому подходу по выявлению активности Са2+- зависимой кислой фосфатазы, разработанному Меликсетян [1]. После промывки слайсы проявляли в 3% растворе сульфида натрия и заключали в канадский бальзам.

Результаты. Гистохимические изучение. У интактных крыс SVN состоит из нескученных, среднего размера полигональных клеток (Рис. 1A). Осадок фосфата свинца в цитоплазме напоминает гранулы тигроида округлые ядра не окрашены и окружены темным кольцом что по- видимому свидетельствует о повышенной ферментативной активности (Рис. 1Б). У большинства нейронов отростки на большом расстоянии от тела дихотомически делятся в данной плоскости сечения. По ходу отростков мелкогранулярный осадок располагается упорядоченно. Тела клеток окрашены более интенсивно, чем отростки. У крыс с ОЛ на 17-й послеоперационный день на обеих сторонах реакция нейронов SVN почти однотипна. Морфологическая картина выступает в качестве характерного ответа на различные патологические состояния нервной ткани, являющиеся выражением этиологического разнообразия, присущего неспецифическим нейрональным поражениям.

Рис. 1. А-Б – нейроны SVN интактной крысы; В-Г – крысы с ОЛ на 17-ый послеоперацион­ный день (интактная сторона). Г – фрагмент В. Увеличение: Ок. ×10 (А-Е); Об. ×16 (А, В, Д); ×40 (Б, Г, Е).

На интактной стороне делабиринтация вызывает состояние “напряженности”, которое сопровождается укорочением отростков, нарушением контуров и сморщиванием нервных клеток (Рис. 1В,Д). Осадок фосфата свинца.

Приобретает пылевидность, интенсивность окрашивания спадает и, что особенно важно, наблюдается неравномерность окраски нейронов, вследствие расстройства клеточного метаболизма (Рис. 1Г,Е).

На стороне лабиринтэктомии наблюдаются явления центрального хроматолиза. В начальной стадии клеточных поражений в цитоплазме имеет место постепенное исчезновение осадка фосфата свинца.

Нейроны теряют свою характерную форму и округляются (Рис. 2А-Е), клетки вздуваются, у большинства из них перестают реагировать отростки. Нуклеолемма исчезает, однако важно отметить, что у большинства нейронов ядро занимает центральное расположение. На интактной стороне активность фосфатазы в нейронах более высокая, чем на поврежденной. В единичных клетках наблюдаются нейрофибриллярные поражения, характеризующиеся утолщением и скоплением нейрофибрилл в группы, которые внутри клетки придают ей гомогенно интенсивную окраску, а по периферии – волнообразную картину (Рис. 2З). Фрагментированные и извилистые нейрофибриллы обрисовывают контуры клеток и процесс напоминает нейрофибриллярное поражение, наблюдаемое в поздних стадиях развития специфической нейродегенерации. Возможно, это нейроны, подверженные апоптозу, у которых уже намечалось нарушение клеточного метаболизма, а после ОЛ – прогрессировало, с появлением глубоких форм клеточного поражения. Как следствие патоморфологического проявления в нейронах наблюдается реакция сателлитной глии и околоклеточной грануляции (Рис. 2Ж). Последние интенсивно окрашены, имеют закругленный или овоидный контур различного диаметра – от крупных глыб до пылевидной картины. Их внутрицитоплазматическое расположение настолько обильно, что создается картина гомогенной окраски.

Рис. 2. А-З – нейроны SVN у крыс с ОЛ на 17-ый послеоперационный день (поврежденная сторона); А-Е – явления центрального хроматолиза, местами наблюдается выпадение клеточной реакции. Е – фрагмент Б, Г, Д. Ж – околоклеточная грануляция с реакцией сателлитной глии. З – нейрофибриллярные поражения. Увеличение: Ок. ×10 (А-З); Об. ×10 (А-Б); ×16 ( Г); ×40 (В, Д); ×100 (Е, Ж, З).

Возможно они являются продуктами перерождения липопигментов, протеинов, или ядерного дегенеративного поражения, сопровождаемого гиперхроматозом. Они прослеживаются также по ходу укороченных отростков и в непосредственном околоклеточном пространстве, которое, в свою очередь, окружено ядрами сателлитной глии. Вероятно, эти грануляции, преобладающие в телах нейронов, мигрируют к поверхности и данный процесс обусловлен энзиматической деятельностью, сопровождаемой их появлением, накоплением или исчезновением. Наличие грануляций является ценным фактом установления распространенности патологического процесса, что предполагает недостаток всасывания продуктов расщепления, остатков кариопикноза. Их можно рассматривать, как гистохимический признак степени структурно- функциональных и физико- химических нарушений нервной ткани в результате вредного раздражителя. Таким образом, в ответ на ОЛ к 17- ому дню послеоперационного выживания прослеживается разница в реакции нейронов SVN, где наряду с превалирующими обратимыми процессами встречаются более тяжелые поражения с явлением хроматолиза, вплоть до клеточной тени.

Электрофизиологическое изучение. Производили билатеральную регистрацию спайковой активности 246 одиночных нейронов SVN на высокочастотное раздражение PVN и SON гипоталамуса в норме (98 клеток) и после ОЛ (75 клеток на поврежденной стороне и 73 – на интактной). Наряду с ответоспособными нейронами, в норме ареактивными оказались 15%, после ОЛ на поврежденной стороне – 49.4%, на интактной – 31.5%. Представляет интерес модальность и характер представительства PVN и SON в SVN. Если в норме реагировали равное количество мономодальных нейронов, то после ОЛ: на поврежденной стороне отвечали 50.0% при стимуляции PVN и 10.5% – на стимуляцию SON, на интактной – возрастало количество таковых реагирующих на стимуляцию PVN (30% против 13.4% в норме) и уменьшалось – при стимуляции SОN (14.0% вместо 22.2% в норме). Это может рассматриваться в качестве компенсаторного или быть результатом морфологически доказанного лучшего представительства нисходящих путей от PVN по сравнению с SON [17]. В условиях ОЛ реакции нейронов SVN на поврежденной и неповрежденной стороне характеризовались многообразием и динамичностью. На неповрежденной стороне при стимуляции PVN и SОN преобладали ТП (18.0 и 22.0%), ТД (12.0 и 16.0%) и ПТД (12 и 16.0%). При стимуляции SОN преобладали возбудительные реакции (в целом 30%), в то время как при стимуляции PVN последние составляли 10%. На поврежденной стороне наряду с вариабельностью исходной фоновой активности при стимуляции SОN и PVN имели место скудость компонентов и отсутствие четкой воспроизводимости постстимульных возбудительных ответов в 5-10 испытаниях с доминированием тормозных процессов (в целом 23.7 и 34.2%, соответственно), что согласуется с данными о экспрессии генов в GAD-, GAT- и GABA-рецепторных подразделениях в условиях ОЛ [10]. Последнее, по-видимому, свидетельствует о дефиците нейромедиации на деафферентированной стороне, компенсаторном ее завышении на интактной стороне и о выраженности гетерогенности представительства.

Рис. 3.Усредненные значения параметров активации нейронов верхнего вестибулярного ядра (SVN) у интактного животного при стимуляции 100 Гц PVNc, PVNi, SONc и SONi ядер гипоталамуса. Здесь и в последующем рисунках до (BE) и после (PE) раздражения; PETN (peri-event time histogram)-усредненная перистимульная временная гистограмма: ордината PENT-количество спайков,абсцисса-время в бинах; Cumulative histogram-усредненная кумулятивная гистограмма числа спайков до и после раздражения с разностной кривой(Df); ордината-число спайков,абсцисса-время в бинах; Freguecy histogram-усредненная гистограмма частоты; ордината-частота спайков в Гц с вычислением средней частоты (M ± SD),абсцисса- время в секундах.

На Рис. 3-6 представлены усредненные суммарные проявления постстимульной активации нейронов SVN (от PVN и SON) и отдельные характерные примеры вышеотмеченных эффектов в норме (Рис. 3, 4) и после ОЛ (Рис. 5, 6). Рис. 3 демонстрирует комплекс суммарных усредненных гистограмм параметров потока одиночной спайковой активности нейронов SVN у интактной крысы при высокочастотной стимуляции ядер PVNi и PVNc (Рис. 3А-В), SONc и SONi (Рис. 3Г-Д) в условиях билатерального отведения. На Рис. 3Ж-З и Рис. 3И-Л показаны результаты сравнительного анализа эффектов PVNc, SONc и PVNi, SONi, соответственно. Как видно из рисунка, отмечается несколько завышенная реакция нейронов на раздражение SON (Рис. 3Г-Е) по сравнению с PVN (Рис. 3А-В), что особенно наглядно проявляется в соотношении последних на ипсилатеральной стороне (Рис. 3К-М), но не на таковой контралатеральной (Рис. 3Ж-И).

Рис. 4 иллюстрирует очевидную разницу в эффектах двусторонней высокочастотной стимуляции ядер PVN и SON на примере 4-х нейронов в норме, которая проявляется в лучшей выраженности ТП при раздражении PVNc (Рис. 4Б-Г), по сравнению с PVNi (Рис. 4Е-З). Это хорошо видно и на соответствующих испытаниях тех же нейронов на растре приведенных испытаний (Рис. 4А и Д, соответственно). В то же время на двустороннюю стимуляцию ядер SON (К-Р) особой разницы в выраженности ТП между ними не обнаружено, лишь с некоторым превалированием реакции на стимуляцию SONc (Рис. 4К-М) по сравнению с SONi (Рис. 4О-Р). Это видно и на растре испытаний соответствующих нейронов (Рис. 4И и Н, соответственно).

Данный рис. 5 демонстрирует усредненные суммарные гистограммы относительных эффектов стимуляции PVNi и SONc при отведении с интактной стороны (Рис. 5А-В). Здесь также лучше выражена ТП на SON. Что же касается ответов при стимуляции тех же ядер и отведении с деафферентированной стороны, то наблюдается фактическое отсутствие ТП, что и следовало ожидать (Рис. 5Г- Е) и опять с большей выраженностью перистимульной активности в целом на стимуляцию SON.

Рис. 5. Усредненные значения параметров активации нейронов SVN у животного с ОЛ на интактной (А-В) и поврежденной (Г-Е) сторонах при высокочастотной стимуляции 100 Гц PVNc, PVNi, SONc и SONi ядер гипоталамуса.

Рис. 6 иллюстрирует аналогичные эффекты стимуляции ядер PVN и SON на примере 4-х нейронов с отведении с интактного (Рис. 6Е-З, К-М) и депривированного (Рис. 6Б-Г, О-Р) SVN. Растр испытаний нейронов на стимуляцию PVN (Рис. 6А и Д) подтверждает отсутствие реакций на уровне деафферентированного SVN (Рис. 6А). Представляет интерес факт несколько большей приверженности нейронов SVN к сохранению ответоспособности на стимуляцию SONi при отведении с поврежденной стороны (Рис. 6О-Р). К тому же, сравнительно лучше выражены эффекты стимуляции SONc при отведении с интактной стороны (Рис. 6К-М). Отмеченное подтверждается на примере мсногократных испытаний тех же нейронов на растре перистимульных проявлений активности в реальном времени (Рис. 6И, Н).

Рис. 6. Спайковая активность 4-х единичных фоновоактивных нейронов SVN после ОЛ на интактной (Е-З, К-М) и поврежденной (Б-Г, О-Р) сторонах при высокочастотном (100 Гц) раздражении PVNi, SONc и PVNc, SONi ядер гипоталамуса, соответственно. На А, Д, И, Н – растер активности тех же нейронов при повторных испытаниях.

Обсуждение. Представляют интерес новые физиологические данные, посвященные механизмам вестибулярной компенсации после ОЛ. В условиях депривации афферентных после ОЛ входов мембранные свойства и образцы разряда «тонических» (тип А) и «кинетических» (тип В) нейронов с низко- и высокочастотной динамикой ответов, претерпевают соответсвенно короткие и длительные пластические изменения, способствующие поддержанию их уровня активности и возбудимости [18]. Доказано, что вестибулярные нейроны, преимущественно типа В, на деафферентированной стороне чувствительны к инъекциям тока выше 0.2-30 Гц и в условиях длительной компенсации претерпевают изменения в мембранных свойствах [3]. К тому же, компенсация ведет почти к полному исчезновению статических рефлексов, триггируемых повреждением, и к ослаблению таковых динамических, ассоциируемых с движением головы.

В свою очередь, восстановлению рефлексов и стабилизации активности содействует двустороннее повышение чувствительности с последующим обретением интактными нейронами фазических мембранных свойств, а деафферентированными – тонических [4]. В другой работе также, в качестве компонента компенсации, выявлено стойкое повышение возбудимости после деафферентации. Показана поздняя синаптическая блокада ГАМК, глютаматных и глициновых ответов деафферентированных нейронов [14]. Наконец, продемонстрировано, что вестибулярные нейроны, характеризующиеся постоянной тонической активностью, перестают разряжаться после ОЛ, но спустя нед восстанавливают прежний уровень разряда. Авторы предположили, что его восстановление осуществляется трансформацией синаптических токов в образцы спайковых разрядов рецепторов (через 48 ч, 1 нед в противоположность 4 ч после ОЛ) восстанавливает спонтанную активность до исходного уровня [8]. Продемонстрировано далее в условиях ОЛ полное восстановление активности неделю спустя на стороне повреждения, что связывается с повышением низкопорогового кальциевого тока от 29 до 65% (пейсмейкерная активность) [15]. Показан на слайсах факт формирования длительной ПТП и ПТД в различных отделах медиального вестибулярного ядра, триггируемых активацией НМДА- рецепторов и ГАМК-эргических нейронов. После ОЛ показана обратная трансформация синаптической пластичности с соответствующим усилением противоположных эффектов, обеспечивающая восстановление баланса тонических разрядов на обеих сторонах и длительное усиление динамических (модификации спайк- генератора). Тем не менее, изучение ритма разряда нейронов при внутриклеточной инъекции токов в условиях депривации лабиринтного входа привело к заключению, что пластические изменения в возбудимости нейронов не лежат в основе восстановления активности [15].

Согласно результатам настоящего исследования, в норме нейроны SVN на стимуляцию PVN и SON, как правило, отвечали преимущественно тетаническими проявлениями активности со стойкой воспроизводимостью в многократных испытаниях. В подтверждение вышеприведенным литературным данным, в целом, на интактной стороне реакции нейронов SVN на стимуляцию тех же ядер характеризовались многообразием с преобладанием ТП, после ОЛ на деафферентированной стороне преобладала ПТД. Однако, 17 дней спустя на пораженной стороне наблюдалась скудость компонентов и воспроизводимости постстимульных возбудительных и тормозных проявлений. Это свидетельствует дефиците нейромедиации на поврежденной стороне и компенсаторном повышении активности – на интактной. Заключение. Наряду с лучше изученными внутригипоталамическими связями SON [7] и PVN [9], в качестве гипоталамических нейроэндокринных центров, литературные данные в отношении их биохимически гетерогенных нисходящих проекций многочислены [17, 19]. На крысах линии Альбино исследовали гипоталамо-вестибулярные связи техникой усредненных. В норме нейрональная активность проявлялась в виде ТП, ПТП и ПТД различной выраженности и длительности отведения потока спайковой активности одиночных нейронов SVN на высокочастототную двустороннюю стимуляцию (100 Гц, 1 сек) PVN и SON в норме и спустя 17 дней после ОЛ. Анализ и регистрацию импульсной активности производили посредством on-line программного обеспечения на основе ряда гистограмм: временных перистимульных, межимпульсных интервалов, кумулятивных (числа спайков), частоты и таковых с четкой воспроизводимостью в 5-10 испытаниях. При этом, на стимуляцию PVN и SON доминировала ТП. В условиях ОЛ реакции нейронов SVN на поврежденной и неповрежденной стороне характеризовались многообразием и динамичностью: на интактной стороне преобладали ТП, ТД и ПТД, на деафферентированной стороне, наряду с вариабельностью исходной фоновой активности, имели место скудость компонентов, отсутствие четкой воспроизводимости постстимульных ответов и доминирование ПТД, что согласуется с данными о экспрессии генов в GAD-, GAT- и GABA-рецепторных подразделениях в условиях ОЛ [10]. В целом, по-видимому, ОЛ содействует дефициту возбудительной нейромедиации на поврежденной стороне и компенсаторном завышении активности – на интактной.

Авторы выражают свoю благодарность м.н.с. А.Ю. Степанян (лаб. Физиологии компенсации фукции ЦНС, института физиологии им. Л.А. Орбели НАН РА, Ереван, Армения), за содействие в оформлении статьи.

Список литературы

1. Меликсетян И.Б. Выявление активности Са2+-зависимой кислой фосфатазы в клеточных структурах мозга крыс // Морфология (СПб) – 2007. – Том 131, №2 – с. 77-80

2. Мокроусова А. В. – Делабиринтация белых крыс методом электрокоагуляции.// Росс. Физ. Жур. СССР 1980 т 66 N 4 с. 599-602

3. Beraneck M., Hachemaoui M., Idoux E. et al. Long-term plasticity of unilateral ipsilesional medial vestibular nucleus neurons after labyrinthectomy // J. Neurophysiol. – 2003. – Vol. 90, №1 – P. 184-203.

4. Beraneck M., Idoux E., Uno A. et al. Unilateral labyrinthectomy modifies the membrane properties of contralesional vestibular neurons // J. Neurophysiol. – 2004. – Vol. 92, №3 – P. 1668-84.

5. Bergquist F., Ruthven A., Ludwig M., Dutia M. Histaminergic and glycinergic modulation of GABA release in the vestibular nuclei of normal and labyrinthectomised rats // J. Physiol. – 2006. – Vol. 577, Pt. 3 – P. 857-68.

6. Campos-Torres A., Touret M., Vidal P., Barnum S., de Waele C.. The differential response of astrocytes within the vestibular and cochlear nuclei following unilateral labyrinthectomy or vestibular afferent activity blockade by transtympanic tetrodotoxin injection in the rat // Neurosci. – 2005. – Vol. 130, №4 – P. 853-65.

7. Cui L.-N., Saeb-Parsy K., Dyball R.E.J. Neurones in the supraoptic nucleus of the rat are regulated by a projection from the suprachiasmatic nucleus // J. Physiol. – 1997. – Vol. 502 – P. 149-59.

8. Guilding C., Dutia M.B. Early and late changes in vestibular neuronal excitability after deafferentation // Neuroreport – 2005. – Vol. 16, №13 – P. 1415-18.

9 Hermes M., Coderre E., Buijs R, Renaud L. GABA and glutamate mediate rapid neurotransmission from the suprachiasmatic nucleus to hypothalamic paraventricular nucleus in rat // J. Physiol. – 1996. – Vol. 496 – P. 749-57.

10. Horii A., Kitahara T., Smith P.F. et al. Effects of unilateral labyrinthectomy on GAD, GAT1 and GABA receptor gene expression in the rat vestibular nucleus // Neuroreport – 2003. – Vol. 14, №18 – P. 2359-63.

11. Kitahara T., Kaneko T., Horii A. et al. Fos- enkephalin signaling in the rat medial vestibular nucleus facilitates vestibular compensation // Neurosci. Res. – 2006. – Vol. 83, №8 – P. 1573-83.

12. Paterson J., Short D., Flatman P. et al. Changes in protein expression in the rat medial vestibular nuclei during vestibular compensation // J. Physiol. – 2006. – Vol. 575 – P. 777-88.

13. Paxinos G., Watson C. The rat brain in stereotaxic coordinates / Elsevier, Academic Press, 5th ed., 2005. – 367 p.

14. Pettorossi V.E., Dutia M., Frondaroli A., Dieni C., Grassi S. Long-term potentiation and depression after unilateral labyrinthectomy in the medial vestibular nucleus of rats // Acta Otolaryngol. – 2003. – Vol. 123, №2 – P. 182-86.

15. Ris L., Capron B., Nonclercq D. et al. Labyrinthectomy changes T-type calcium channels in vestibular neurones of the guinea pig // Neuroreport – 2003. – Vol. 14, №12 – P. 1585-9.

16. Ris L., Hachemaoui M., Godaux E. Effect of labyrinthectomy on the spike generator of vestibular neurons in the guinea pig // Neuroreport – 2002. – Vol. 13, №15 – P. 1875-9.

17. Sawchenko P., Swanson L. Immunohistochemical identification of neurons in the Paraventricular nucleus of the hypothalamus that project to the medulla or to the spinal cord in the rat // J. Compar. Neurol. – 1982. – Vol. 205, №3 – P. 260-273.

18. Straka H., Vibert N., Vidal P., Moore L., Dutia M. Intrinsic membrane properties of vertebrate vestibular neurons: function, development and plasticity // Prog. Neurobiol. – 2005. – Vol. 76, №6 – P. 349- 92.

19. Swanson L., Sawchenko P., Berod A. et al. An immunohistochemical study of the organization of catecholaminergic cells and terminal fields in the paraventricular and supraoptic nuclei of the hypothalamus // J.Comp. Neurol. – 1981. – Vol. 196 – P. 271- 285.

20. Wang J., Wu Z., Wang E., Jiang H., Liu S. The influence of labyrinthectomy on the expression of NMDA R1 mRNA [in Chinese] // Lin Chuang Er Bi Yan – 2001. – Vol. 15, №10 – P. 460-2.

21. Yu H.L., An Y., Jiang H., Jin Q., Jin Y. Changes of amino acid concentrations in the rat medial vestibular nucleus following unilateral labyrinthectomy // Sheng Li Xue Bao – 2007. – Vol. 59, №1 – P. 71-8.

Информация об авторах:

Саркисян Дж.С., д.б.н. Лаборатория физиологии компенсации функций ЦНС, Институт физиологии им. Л.А. Орбели; jsarkissyan@neuroscience.am

Саркисян С.Г., к.б.н Кафедра физиологии человека и животных , Ереванский государственный университет; susi.sar@rambler.ru

Меликсетян И.Б., д.б.н. Лаборатория физиологии компенсации функций ЦНС, Институт физиологии им. Л.А. Орбели; iram@neuroscience.am

Минасян С.М., д.б.н Кафедра физиологии человека и животных , Ереванский государственный университет; anatom@ysu.am

Чавушян В.А., д.б.н. Лаборатория физиологии компенсации функций ЦНС, Институт физиологии им. Л.А. Орбели; vchavushyan@neuroscience.am

Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.

Дизайн: Polepin