О.В. Герасимова, Т.Д. Савина, В.А. Орлова ОСОБЕННОСТИ ЛОКАЛЬНОЙ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ПАТОЛОГИИ МОЗГОВОГО СУБСТРАТА У БОЛЬНЫХ С РАЗНЫМИ ФОРМАМИ ТЕЧЕНИЯ ШИЗОФРЕНИИ (C. 4-13)

О.В. Герасимова, Т.Д. Савина, В.А. Орлова

ОСОБЕННОСТИ ЛОКАЛЬНОЙ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ПАТОЛОГИИ МОЗГОВОГО СУБСТРАТА У БОЛЬНЫХ С РАЗНЫМИ ФОРМАМИ ТЕЧЕНИЯ ШИЗОФРЕНИИ

Учреждение Российской Академии Наук «Научный Центр Психического Здоровья РАМН», Москва, Россия

The Mental Health Research center of Russian academy of medical science, Moscow, Russia

ОСОБЕННОСТИ ЛОКАЛЬНОЙ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ПАТОЛОГИИ МОЗГОВОГО СУБСТРАТА У БОЛЬНЫХ С РАЗНЫМИ ФОРМАМИ ТЕЧЕНИЯ ШИЗОФРЕНИИ
О.В. Герасимова, Т.Д. Савина, В.А. Орлова
ovgerasimova@gmail.com, afanaseva_asyuny@mail.ru, vorlova@yandex.ru
Данное исследование является продолжением нейропсихологических исследований шизофрении, проводимых генетической группой отдела по изучению состояний риска функциональных психических расстройств НЦПЗ РАМН, установивших аномалии ряда корково-подкорковых зон при шизофрении. Задача исследования: изучение особенностей вовлеченности в патологический процесс структур головного мозга при различных формах течения шизофрении. Было обследовано 49 больных шизофренией, из них 25 – с непрерывными формами течения заболевания (параноидная F20, вялотекущая F21), 24 – с приступообразными (шубообразная F20.1, рекуррентная F20.3). Методы исследования: схема А.Р. Лурии, статистический анализ нейропсихологических показателей. Результаты исследования демонстрируют, что: наиболее выражены функциональные нарушения подкорковых зон билатерально, подкорково-лобных и подкорково-височных зон левого полушария. Таким образом, полученные данные подтверждают результаты наших предшествующих исследований и показывают, что при непрерывнотекущих формы шизофрении имеет место более выраженная функциональная патология субстрата, чем при приступообразных.

Существует целый ряд данных свидетельствующих об отчетливых аномалиях функций мозга у больных шизофренией, выявляемых нейропсихологическими методами [6], [18], [14], [23].

Обнаружены некоторые взаимосвязи тяжести дефицитарных проявлений шизофрении и нейропсихологических характеристик [6], [24], [16] и др. Важным аспектом изучения нейропсихологических нарушений является выявление межполушарной асимметрии. Зарубежные методики оценивают в однозначном аспекте целый ряд нейропсихологических признаков. Свойственный западной нейропсихологии исключительно количественный подход не дает возможности установления взаимосвязи между первичным и вторичным дефектом, а так же не позволяет обнаружить вторичную перестройку функционирования зон, не затронутых какими-либо функциональными нарушениями. Таким образом, более адекватным нам представляется использование отечественных методик школы [3], позволяющих гораздо детальнее проводить нейропсихологический анализ психических функций с выходом на мозговые структуры.

Данная работа является продолжением нейропсихологических исследований шизофрении, проводимых генетической группой отдела по изучению состояний риска функциональных психических расстройств НЦПЗ РАМН [4], [5], [21], [22] установивших аномалии функции ряда корково-подкорковых зон у больных шизофренией и их родственников I степени родства. А также отдела клинической психологии НЦПЗ РАМН установивших некоторые особенности нейрокогнитивного дефицита при шизофрении [2].

Задачей данного исследования явилось изучение особенностей вовлеченности в патологический процесс структур головного мозга при различных формах течения шизофрении с использованием нейропсихологического подхода.

Нами были обследованы 59 больных шизофренией (29 мужчин, 30 женщин). Клиническая диагностика проводилась согласно критериям систематики эндогенных психических расстройств, принятой в Научном центре психического здоровья РАМН и МКБ-10.

В соответствии с этой классификацией у 8 пробандов была диагносцирована параноидная шизофрения (параноидная непрерывно текущая шизофрения по МКБ-10), у 20 – шубообразная (эпизодически протекающая параноидная со стабильным либо прогредиентно развивающимся дефектом), у 10 – реккурентная (эпизодическая ремитирующая), у 21 – малопрогредиентная (шизотипическое расстройство).

Средний возраст больных составил 32 года , средняя длительность заболевания — 14 лет с момента появления симптоматики активного периода болезни.

Пациенты обследовались в период ремиссии различного качества. В 9-ти случаях состояние пациентов определялось резидуальной галлюцинаторно-бредовой симптоматикой, 30-ти — стертыми затяжными депрессивными состояниями, в том числе с неврозоподобными расстройствами, 20-ти — преобладанием дефицитарных расстройств различной степени выраженности. Исследование проводилось на базе 1-й клинической психиатрической больницы им. Н.А. Алексеева.

Методика исследования предусматривала использование схемы А.Р. Лурии, позволяющей проводить детальный нейропсихологический анализ психических функций с выходом на мозговые структуры. Изучались характеристики памяти, внимания, зрительного и слухового гнозиса, речи, мышления, праксиса, рисунка, позволяющие судить о нарушении функций мозговых структур различной латерализации.

Из числа параметров слухоречевой памяти использовались оценки

- по заучиванию в условиях интерференции,

- отсроченному воспроизведению после гомогенной интерференции,

- наличию контаминаций,

- объему непосредственного запоминания,

- количеству повторных предъявлений,

- отсроченному воспроизведению после гетерогенной интерференции,

-сохранению порядка воспроизведения,

- целостному непосредственному воспроизведению слухового отрывка,

- отсроченному воспроизведению слухового отрывка,

- избирательности воспроизведения.

Из числа параметров зрительной памяти использовались оценки

- по объему запоминания графических стимулов,

- количеству повторных предъявлений,

- отсроченному воспроизведению,

- сохранению порядка воспроизведения графических стимулов,

- пространственной ориентировки графических стимулов.

Из числа параметров праксиса исследовались:

- формирование двигательной программы,

- пространственная организация движений,

- кинестетическая организация движений,

- формирование реакции выбора,

- динамические параметры деятельности (застывание, импульсивность, инертность, замедленность),

- регуляция тонкой моторики (тремор, синкинезии, пропульсии).

Оценки считались аномальными, если они отклонялись от известных нормативных данных и наших предшествующих данных по исследованиям психически здоровых лиц контрольных групп.

Оценки нейропсихологических симптомов (в баллах) сводились в специальную карту, которая представляла собой иерархическую структуру из 5 уровней (4,3,2,1,0), организованных «снизу вверх». Принятый алгоритм обработки данных был задан в форме, часто используемой для порядковой шкалы, а именно, суммирование баллов нейропсихологических характеристик предыдущего уровня для образования соответствующих значений последующего уровня. Таким образом, глобальные оценки функций отдельных структур определялись в результате суммации частных показателей.

Полученные данные позволяли судить о нарушении функций мозговых структур различной латерализации. В данной работе представлены результаты анализа данных, отражающие глобальные характеристики всех корково-подкорковых зон обоих полушарий.

Результаты исследования установили функциональные нарушения различных зон мозга в изученной группе больных. Имело место снижение уровня произвольной регуляции деятельности запоминания в различных модальностях. С этим была связана максимальная дефицитарность процессов вербального и вербально-логического мышления в виде трудностей в понимании смысла рассказов, пословиц с неадекватными интерпретациями, обусловленными импульсивной и фрагментарной оценкой сюжетных составляющих. Определялись нарушения внимания в условиях длительного сосредоточения. На фоне дефицита произвольной регуляции психической деятельности наблюдались расстройства праксиса по типу динамической и кинестетической апраксии.

Нейропсихологический статус пациентов рассматриваемой группы характеризовался, прежде всего, нарушениями произвольной регуляции деятельности, выраженность которых варьировала от незначительного

снижения контроля за деятельностью до несостоятельности в построении программы даже в условиях вторичной коррекции. В пробах на вербальное и вербально-логическое мышление больные испытывали трудности в определении и реализации стратегии решения задач, понимании смысла пословиц и рассказов. Выраженность нарушений невербального мышления была несколько меньшей, дефицитарность в этой пробе проявлялась во фрагментарности интерпретаций, их излишней схематичности или же, напротив, вычурности и неадекватности.

Недостаточность регуляторного компонента проявлялась и в других пробах в виде неэффективных стратегий выполнения, непоследовательности, ригидных ошибок, персевераторных тенденций.

На втором месте по степени выраженности было снижение нейродинамических параметров психической деятельности, которое характеризовалось инертностью, истощаемостью, вынесением умственных действий во внешний план, импульсивностью. Далее, выявлялись нарушения слухоречевой и зрительной памяти, выступавшие преимущественно в виде сужения объема воспроизведения, нарушения избирательности и реже – изменения порядка при воспроизведении. При исследовании зрительной памяти чаще определялось нарушение порядка стимульного ряда и лучшее отсроченное воспроизведение по сравнению с непосредственным.

В сфере зрительно-пространственных представлений отмечены такие нарушения как трудности пространственной организации движений, копирования и воспроизведения фигуры Рея-Тейлора.

Также обнаруживалась некоторая дефицитарность моно- и бимануального праксиса по типу трудностей в усвоении программы, дезавтоматизации на объеме.

Сочетание вышеописанных проявлений позволяет сделать вывод о преимущественном вовлечении префронтальных, заднелобных (премоторных) отделов и связанных с ними глубинных структур (ретикуло-фронтального комплекса).

К этому присоединяются симптомы дефицитарности от левой и (в меньшей степени) правой височной области, теменных и теменно-височно-затылочных отделов (билатерально).

Следует упомянуть и недостаточность межполушарного взаимодействия на уровне мозолистого тела, что в частности проявлялось в бимануальной пробе на реципрокную координацию.

Хотя аномалии функций носили распространенный характер, при всех формах шизофрении дисфункция подкорковых структур билатерально, левых подкорково-лобных и подкорково-височных структур была наиболее выражена.

Показатели функций левых подкорковых, левых подкорково-лобных и левых подкорково-височных структур были более всего нарушены при параноидной и вялотекущей шизофрении, при шубообразной — приближались к таковым при рекуррентной исключение – подкорково-височные структуры, которрые были более нарушены при шубообразной форме течения и подкоркорковые структуры – при рекуррентной (p<0,01, тенденция, p<0,05 соответственно). Степень дисфункции подкорково-лобных структур правого полушария при параноидной и вялотекущей шизофрении значимо превышала таковую при шубообразной и рекуррентной (p<0,04-p<0,05). Аномалии функций как правых, так и левых подкорково-теменно-затылочных структур были более выражены при параноидной и вялотекущей шизофрении, функций правых подкорковых структур — при параноидной, рекуррентной и вялотекущей. Максимально — при реуррентной (p<0,03-p<0,02). Функция правых подкорково-височных структур была повреждена незначительно при всех изученных формах заболевания.

Таким образом, наиболее выраженные нарушения корково-подкорковых функций были установлены при непрерывных формах течения процесса, что подтверждает прежние данные о возможности утяжеления аномалий нейропсихологических характеристик функции мозга по мере течения заболевании [13],. Полученные данные в связи с небольшой численностью исследованной выборки можно расценить как предварительные, однако перспективные для дальнейшего анализа на большем материале.

Касаясь природы выявленных аномалий высших психических функций, следует подчеркнуть в целом параллелизм полученных данных и результатов исследований мозга при шизофрении с использованием методик его прижизненной визуализации (структурной, функциональной). Речь идет о том, что, несмотря на многообразие выявляемых у больных шизофренией структурных изменений мозга, аномалии подкорковых, лобных и височных его областей относятся к одним из наиболее характерных для заболевания [25], [20], [8] и мн.др. В этой связи является важным, что магнитно-резонансное томографическое исследование испытуемых данной выборки, как это было рассмотрено в серии наших предшествующих публикаций, установило увеличение параметров лобных, височных рогов и центральных отделов боковых желудочков мозга, а также третьего желудочка, косвенно свидетельствующее о гипоплазии глубинных отделов лобных, височных долей и подкорковых образований (Рис. 1).

Рис. 1.

Рассмотренная гипоплазия была подтверждена и морфометрией самих базальных ганглиев и гиппокампально-амигдалярного комплекса, продемонстрировавшей редукцию хвостатых ядер (рис. 2), чечевицеобразных ядер и скорлупы, а также гиппокампа (рис. 3), и миндалины.

Рис. 2. Белые квадраты – левый гиппокамп, зеленые – правый

Рис. 3.

У этих же пациентов было выявлено уменьшение общего объема лобных долей, а также объема серого вещества лобных и височных долей мозга. Выявленные структурные изменения мозга, как показал специально проведенный анализ, не зависели от дозы нейролептиков.

Следует отметить, что в ряде работ выявлена большая выраженность структурных аномалий лобных, височных и подкорковых зон при шизофрении в левом полушарии по сравнению с правым. Это положение касается уменьшения размеров передней цингулярной и медиальной лобной извилин [26], лобной доли в целом [15], аномалий сильвиевой фиссуры [19], уменьшения объемов серого вещества верхней височной извилины (верхняя височная доля) [26], [15], фузиформной и парагиппокампальной извилин (средняя височная доля) общей тенденции к уменьшению объема серого и белого вещества височной доли по данным как прямого его измерения [26], [15], так и косвенным данным об увеличении объема височного рога боковых желудочков [9]. Изучение метаболизма и кровотока мозга с использованием методик его прижизненной визуализации показало при шизофрении более выраженную левостороннюю дисфункцию лобной доли [11], височно-лимбических структур, всей височной доли, а также левого полушария в целом [17], [12], [27].

Морфо-функциональная асимметрия полушарий мозга, по мнению некоторых исследователей [10], являясь характерной чертой Homo Sapiens, определяет специфически человеческие особенности мышления и языка. Выдвинута гипотеза о значении нарушений асимметрии мозга в происхождении шизофрении ([10] и др.). У исследованных нами больных ранее были выявлены большая выраженность вентрикуломегалии в левом полушарии, большая степень редукции левого хвостатого ядра по сравнению с правым, более выраженное уменьшение объема серого вещества лобных и височных долей в левом полушарии, а также корреляции показателей асимметрии объемов хвостатого ядра и серого вещества лобных долей с выраженностью нарушений памяти. Приведенные данные свидетельствуют о корреляции черт морфологического и нейропсихологического эндофенотипов шизофрении в целом. Планируется его дальнейший анализ в соответствии с подразделением на формы течения процесса и более детальным клиническим анализом.

Таким образом, результаты проведенного исследования в совокупности с нашими предшествующими данными о морфологических и функциональных особенностях мозга при шизофрении и данными литературы позволяют высказать положение о том, что нарушенные механизмы системного взаимодействия подкорковых, лобных и височных структур с акцентом на левостороннюю латерализацию аномалий играют ключевую роль в патогенезе шизофрении. Они могут объяснить и полученные нами ранее на основании экспериментально-психологического изучения данные, касающиеся изменения психологических характеристик психической активности при этом заболевании. В частности, снижение формально-динамических показателей психической активности, нарушение внимания, расстройства избирательного характера психической деятельности у больных шизофренией могут быть связаны с рассмотренными аномалиями лобных долей и подкорково-лобных взаимодействий, играющих существенную роль в обеспечении состояния активности и условий для сложной программированной деятельности человека, а также контроля за этой деятельность. При этом рассматриваемая деятельность в наибольшей степени нарушается при непрерывных формах течения процесса. Полученные данные могут также рассматриваться как подтверждающие гипотезу о значении аномалий функциональной асимметрии мозга для проявления заболевания. В практическом плане установленные характеристики корково-подкорковых взаимодействий могут быть учтены при разработке терапевтически-коррекционных подходов и программ по социальной реабилитации данного контингента больных, что уже обсуждалось и обосновывалось в литературе [1].

Выводы:

  1. у больных шизофренией нарушены механизмы системного взаимодействия подкорковых, лобных и височных структур с акцентом на левостороннюю латерализацию аномалий
  2. степень нарушения корково-подкорковых взаимодействий варьирует при различных формах заболевания и является наиболее выраженной при непрерывном течении процесса,
  3. результаты исследования подтверждают гипотезу о значении аномалий функциональной асимметрии мозга для проявления заболевания.
  4. результаты исследования свидетельствуют о сопряженности черт морфологического и нейропсихологического эндофенотипов шизофрении.

Список литературы.

  1. Гурович И.Я., Семенова Н.Д. Социальная и клиническая психиатрия изд. ДВГУ, 2007.-N 4.-С.78
  2. Корсакова Н.К., Магомедова М.В. Метод синдромного анализа в изучении нейрокогнитивных расстройств у больных шизофренией. Вестн Моск Ун-та. Сер. 14. Психология 2002; 4: 61-67.
  3. Лурия А. Р. Мозг и психические процессы. — М., 1963, Т.1
  4. Орлова В.А., Вавилов С.Б., Трубников В.И., Белова О.Г. Генетический анализ компьютерно-томографических признаков при шизофрении.// Ж.невропатол.и психиатр., 1994. N2. С.85.
  5. Савина Т. Д., Орлова В. А., Щербакова Н. П., Корсакова Н. К., Малова Ю. А., Ефанова Н. Н., Ганишева Т. К., Николаев Р. А. Особенности мнестической деятельности у больных шизофренией и их родственников первой степени родства Ж. Неврол. и психиатр. им.С.С.Корсакова , 2008.-N 10.-С.55-60.
  6. ТкаченкоС.В., Бочаров А.В. Нейропсихологический анализ дефекта при шизофрении и аффективных психозах.//В кн.: Шизофренический дефект. Диагностика, патогенез, лечение. Санкт-Петербург, изд. Психоневрологического института им. В.М. Бехтерева. 1991. С. 95.
  7. Bogerts B., Ashtari M., Degreef G. et al. Reduced temporal limbic structure volumes on magnetic resonance images in first episode of schizophrenia.// Psychiat. Res.: Neuroimaging. 1990. V.35. P.1.
  8. Bonilha, L., Molnar, C., Horner, M.D., Anderson, B., Forster, L., George, M.S., & Nahas, Z. (2008). Neurocognitive deficits and prefrontal cortical atrophy in patients with schizophrenia, Schizophrenia Research, 101, 142-151.
  9. Crow T., Ball J., Bloom et al. Schizophrenia as an anomaly of development of cerebral asymmetry.// Arch. Gen. Psychiat. 1989. V.46. P.1145.
  10. Crow T.J. Commentary on Annett, Yeo et al., Klar, Saugstad and Orr: Cerebral asymmetry, language and psychosis — the case for a Homo sapiens — specific sex-linked gene for brain growth.// Schiz. Res. 1999. V.39. P.219.
  11. Deicken R.F., Merrin E.L., Floyd T.C. et al. Correlation between left frontal phospholipids and wisconsin Card Sort Test performance in schizophrenia.// Schiz. Res. 1995. V.14. N2. P.177.
  12. DeLisi L.E., Buchsbaum M.S., Holcomb H.H. et al. Increased temporal lobe glucose use in chronic schizophrenic patients.// Biol. Psychiat. 1989. V.25. P.835.
  13. Faraone S.V., SeidmanL.J., Kremen W.S. et al. Neuropsychological functioning among the nonpsychotic relatives of schizophrenic patients: a 4-year follow-up study.// J. Abnorm. Psychol. 1999. V.108. N1. P.176.
  14. Goldstein J.M., Seidman L.J., Goodman J. et al. Are the sex differences in neuropsychological functions among patients with schizophrenia?// Am. J. Psychiat. 1998. V.155. N10. P.1358.
  15. Highley J.R., Esiri M.M., McDonald B. et al. Anomalies of cerebral asymmetry in schizophrenia interact with gender and age of onset: a post-mortem study.// Schizophr. Res. 1998. N34. P.13.
  16. Hoff A.L., Riordan H., O’Donnell D. et al. Anomalous lateral sulcus asymmetry and cognitive function in first-episode schizophrenia.// Schiz. Bull. 1992. V.18. N2. P.257.
  17. Jernigan T.L., Sargent T., Pfefferbaum A. et al. 18-Fluorodeoxyglucose PET in schizophrenia.// Psychiat. Res. 1985. V.16. P.317.
  18. Koren D., Seidman L.J., Harrison R.H. et al. Factor structure of the Wisconsin Card Sorting Test: dimensions of deficit in schizophrenia.// Neuropsychology. 1998. V.12. N2. P.289.
  19. McCarley R.W., Shenton M.E., O’Donnell et al. P300 and temporal lobe structures in schizophrenia.// New Research Abstr. 1992. V.451. P.158.
  20. Mitelman S.A., Brickman, A. M., Shihabuddin L., Newmark R.E., Hazlett E. A., Haznedar M. M., and Buchsbaum M.S. A comprehensive assessment of gray and white matter volumes and their relationship to outcome and severity in schizophrenia, Neuroimage. 2007 August 15; 37(2): 449–462.
  21. Orlova V.A. Savina T.D., Trubnikov V.I. et al. Morphological peculiarities and functional connections of corpus callosum (CC) in the 1st degree relatives of the patients with schizophrenia.// 1st ECNP Workshop, Nice, France, March 16-19. 2000. P 23.
  22. Orlova V.A., Trubnikov V.I., Savvateeva N.Yu.,Lebedeva I.S. Abnormalities of ventricle asymmetry (by MRI data) and their determination in the families of schizophrenic patients.//Am.J. Med. Genet. 2000. V.96. N 4. p.516.
  23. Rund B.R. Stability of cognitive functioning in patients with first episode psychosis.// The World J. Biol. Psychiat. 2000. V.2. Suppl.1. P.45.
  24. Sweeney J.A., Haas G.L., Li Sh. Neuropsychological and eye movement abnormalities in first-episode and chronic schizophrenia.// Schiz. Bull. 1992. V.18. N2. P.283.
  25. Shenton M.E., Kikinis R., Jolesz F.A. et al. Left-lateralized temporal lobe abnormalities in schizophrenia and their relationship to thought disorder: A computerized, quntitative MRI study.// New England J. Medicine. 1992. V.327. P.604.
  26. Sigmundsson Th., Suckling J., Maier M. et al. Structural abnormalities in frontal, temporal and limbic regions and interconnecting white matter tracts in schizophrenic patients with prominent negative symptoms.// Am. J. Psychiat. 2001. V. 158. P.234.
  27. Zorrilla L.T., Cannon T.D., Kronenberg S. et al. Structural brain abnormalities in schizophrenia: a family study.// Biol. Psychiat. 1997. V.42. N12. P.1080.
Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.

Дизайн: Polepin